Маша, примерная жена и мать пятерых детей, делала самое страшное из того, что она могла делать: она молчала.

Сегодня ее муж, Боря по прозвищу Тетива, химик-технолог мясокомбината, уволился по собственному желанию.

- Маша, - убеждал Боря, - Маша, я химик-технолог... Я не шарлатан, я не фокусник. Сокращение издержек, изыскание внутренних резервов - это все старая песня, я слышал таких двести тысяч и сам когда-то исполнял. Но подумай сама: мне дают кило мяса. Что это за мясо? Кенгурятина первого сорта. Ее полгода пёрли через три океана, и так получается дешевле, чем купить свинины у местных. Я тебя спрашиваю: это - мясо?.. И вот, мне дают кило этой ерунды и говорят: Боря, с этого кило мы желаем получить семь кило говяжьей колбасы. Маша… Моя фамилия Пасторожков, моя фамилия не Христос…

Вернулся с форума. Впечатлений - масса. Фотографий пока особо не нашел, как найду - выложу. А пока несколько цитат А.Битова:
"Писатели - это, во-первых, люди, которым ничего не удалось"
"100 печатных листов - вот что может писатель. 100 печатных листов, данных свыше"
"Найдите себе напарника и растите вместе. Это будет ваш друг и враг. Вот такие Липки... что-то должно прилипнуть; я надеюсь".

Дворовые пацаны, мы дружили истово, люто и яростно. Полутона в нашей палитре не держались. Мы знали белое, мы знали черное, мы знали кто чего стоит, мы знали - что почём.
В тот влажный осенний вечер впятером сидели во дворе дотемна. Острые крыши домов рвали на клочья набухшее, мечущееся вымя неба. Солнце, бледное наше северное солнце, запуталось скоро в них и задохлось. Скука выгнала нас из теплых квартир, вымела из-за сытных столов и - сейчас - настигала. Возвращаться в унылые кельи не хотелось.
Веня достал коробок и показал простой фокус: чиркнул спичкой, сунул в рот и достал уже потухшей, тянущей тонкий дымок. Я тоже достал коробок и повторил фокус, но с двумя спичками¹.
Веня вынул три спички, чиркнул, сунул. Я - четыре. Он пять, я шесть. Он семь, я восемь. Так мы дошли до одиннадцати. Веня резко зажег плотный пучок, но в последний момент отдернул руку ото рта: испугался. Он уронил слипшиеся спички, качнул головой и досадливо сплюнул. Длинная его слюна затрепетала, свистя и изгибаясь.

Пацанва² гоготала. Я выиграл³.

Я посчитал оставшиеся спички, кладя в ряд на скамью: семнадцать. Пацаны отговаривали, шутя и подзуживая.
Взмокшие от пота спички выскальзывали из щепоти - надо решаться. Надо решаться и перестать гадать и бояться. И я решился. С десяток спичек вспыхнуло сразу, остальные огненно взрывались уже внутри. Я сразу ощутил, как по правой стороне горла расползается, вскипая, ожог.
Следующую неделю во дворе говорили обо мне в степенях исключительно превосходных.

Так я познал счастье, простое мальчишеское счастье.

С 19-го по 25-ое число буду на Форуме молодых писателей в Липках. Прошлый, седьмой (для меня - первый) стал едва ли не самым-самым событием (для меня же) в 2007 году. От грядущего хочется ожидать впечатления не меньшего.
Произведения со-мастер-классовцев уже скачал и подготовил к печати. Кое-что мельком уже прочитал. Ругать буду всех. Тут уж как повелось.
Сам на конкурс выслал:

Вышел анонс майского "Октября", цитирую отрывок:

"- Если уж говорить о бескомпромиссности, Лера, то вот в ком "малое" не сдается - так это в герое Моше Шанина. Название подборки его рассказов угрожает: "Дело пахнет повестью", - но, кажется, автор слишком ироничен, чтобы позволить себе перейти границы малой формы. В задумывании повести, как во всяком большом обязательстве, взрослом деле, героям Моше Шанина видится тоталитаризм игры, а в ускользании от них в малую форму, пробную биографию, детский каприз - свобода всамделишного существования. Если инфантильный герой Земскова, как классический "лишний" человек, с трудом докапывается до правды о себе, то сквозному герою Шанина знание этой правды дано изначально. Поэтому он уже не столько лишний, сколько философствующий. А значит, хоть и выглядит "малым" в социальных обстоятельствах, на самом деле давно и прочно ощущает себя "большим" - слишком большим, чтобы вместиться в их тесную предопределенность и однозначность."

 

Опубликованы рассказы:

"Беги, сука, беги"

"Дело пахнет повестью"

"Я знаю, почему ты пишешь рассказы"

"Once upon a time..." 

"Квинтэссенция меня" 

Когда трехлетний ребенок берет в руки карандаш, у первых нарисованных им человечков ноги часто растут прямо из головы. Психологи утверждают, что каждому психологическому возрасту между двумя и двенадцатью годами соответствует определенная манера рисовать.

Двадцать лет назад, я с подругой прогуливался по Портленду в конун Рождества. Крупные универмаги: «Мейер и Френк»… «Фридерик и Нельсон»… «Нордстром»… их большие витрины каждая представляла собой простую и милую картину: манекены, демонстрирующие одежду или бутыльки духов, сидят на искусственном снегу. Но витрины «J.J. Newberry's», черт подери, были набиты куклами , мишурой, скребками, наборами отверток и подушками, пылесосами, вешалками, хомячками, шелковыми цветами, конфетами – ну, вы поняли. И на каждом из сотни различных предметов красовался круглый ценник из блеклого красного картона. И когда мы шли мимо, моя подруга Лаура сказала, взглянув на это:
- Должно быть они оформляли витрину по принципу: «Если витрина выглядит неважно – запихни всего побольше»